Что почитать о Пиаф? Сначала я хочу сказать: да все, что попадется, неважно в каком порядке, радуйтесь всему, постепенно мозаика сложится.
Но, с другой стороны, есть и достаточно бесцветные публикации. Поэтому, говоря о своих предпочтениях, я бы посоветовала:
-ее собственные эссе "На балу удачи" (
edith-piaf.narod.ru/bio.html)
и "Моя жизнь" (
edith-piaf.narod.ru - см. в разделе
ссылки);
-воспоминания людей, которые были лично с ней знакомы;-очень подробные, содержательные биографии, где авторы собрали множество фактов о ней и о ее времени, так что уже неважно, были они лично с нею знакомы или нет. Это, например, книги Сильвена Райнера, а также Пьера Дюкло.
Книга "Моя подруга Эдит Пиаф" ("Piaf, mon amie") относится ко второй категории, Жину Рише жила при ней многие годы. Они познакомились, когда Жинетт (позже Эдит Пиаф прозвала ее Жину) была невестой Ги Бургиньона — одного из участников коллектива
Les Compagnons de la Chanson — Друзья песни, с которым Пиаф тогда выступала.
В книге нет глубокого анализа личности Пиаф. Это — не сложное литературное произведение. Это, главным образом, перечень совместно прожитых эпизодов, наблюдения. Некоторые страницы я перечитывала по многу раз, мне как-то дороги эти факты, и они очень трогательны.
Например, стремление Эдит Пиаф делиться всем, что у нее было. Это относилось далеко не только к деньгам, хотя ее расточительность легендарна, как и она сама. Это относилось, например, к способности всем интересоваться. Она не получила образования, и ее потом обучали многому, касающемуся как профессии, так и общей культуры, люди, помогавшие ей в начале ее карьеры. Прежде всего Раймон Ассо и Жак Буржа, которых она очень тепло и с благодарностью по этому поводу вспоминала. Так вот, узнав, о том, что помимо дамских романов есть настоящая литература, она стала очень много читать, причем не только художественных, но и философских произведений. И с энтузиазмом, который временами граничил с насилием, она вовлекала в это близких/возлюбленных/протеже и т.д. Жину Рише вспоминает, как они постигали теорию относительности Эйнштейна.
Цитирую:
читать дальше"Она занималась просветительством со всеми, кого любила: с Монтаном, Серданом, с Тео. И, разумеется со своим окружением. Не думайте, что я избежала ее страсти развивать эрудицию ближнего. Я тоже читала Ключи королевства, ставшую впоследствии любимой книгой Сердана. Но еще я помню ее уроки со мной и Шарлем Азнавуром.
— Дети мои, нужно учиться! — заявила она нам и, как всегда, тут же внедрила свою идею в жизнь. Материалом для ликвидации невежества служило ни что иное, как В поисках истины Мальбранша или бессмертная теория относительности нашего друга Эйнштейна. Происходило это всегда одинаково. Эдит укладывалась на кровать. Мы с Шарлем устраивались у нее в ногах со словарями. На каждой строчке встречалось самое малое по два слова, значения которых мы не понимали. Шарль отыскивал объяснение в словарях. Пока он искал, мы уже забывали, о чем было прочитано. Одну страницу перечитывали раз по десять.
Эта интеллектуальная пытка длилась месяцами. Иногда мы просто падали от усталости.
— Вы ничем не интересуетесь! — злилась Эдит. Мы засыпали, измотанные, но жутко образованные."
...ее стремление разделить удовольствие выхода на сцену и дарения себя публике. Поэтому она из столь многих пыталась создать певцов, даже если им не хватало горения и индивидуальности...
...как она одалживала Жину одно из своих сценических платьев, когда у той завелся кавалер...
...как иногда она говорила вечером: "Ложись полудобнее, моя Жину, я тебе сейчас спою так, как мне хотелось бы спеть, но все как-то не получалось". Стояла в ночной рубашке и пела.
Я почему-то верю этим эпизодам. В них ее неистовость, такая характерная для многого, что она делала. И мне приятно, что Рише не делает грнаницы между Эдит-певицей и Эдит в повседневной жизни. Меня всегда коробит, когда я слышу например: "Как учитель, он хороший, но как человек..." Каждый раз сдерживаюсь, чтобы не сказать : "Да как вы вообще можете это делить, да разве вы не видите, что это ипостаси одного и того же!"
В книге сохранена эта целостность. И — любовь к героине. Еще бы. Личная жизнь Самой Рише могла бы сложиться лучше, содержательнее, более наполненно. Если бы не годы растворения в личности Эдит Пиаф, она бы уделяла больше внимания своим близким. И, возможно, не произошло бы разрыва с ее старшим сыном, который уже будучи взрослым отказался с нею общаться. Но она пишет, что в свое время не чувствовала ни несвободы, ни обделенности. Пишет, что помимо собственных детей, Пиаф — самая большая любовь ее жизни. Еще бы. Конечно.
Последние страницы очень субъективны, но очень трогательны, я заплакала. И думала еще: не поблагодарить ли автора, не послать ли открытку. Но не нашла никаких координат.
Да, отдельные моменты вызывают недоверие. И улыбку. Это желание приписать себе важную роль в жизни Эдит Пиаф: "Утверждаю, что только Маргарит Монно и я были ее настоящими подругами" — там периодически попадаются такие высказывания. И улыбку это вызывает не только у меня, вот даже статья об этом: www.peoples.ru/art/music/stage/piaf/history8.ht.... Но это желание так понятно. Она была слишком притягательна. Слишком невозможно было от нее оторваться.
И разве не то же самое делаю я, когда пишу это: пытаюсь приблизиться, вобрать.
P.S. Если вы еще ничего не читали об Эдит Пиаф, то лучше, наверное, начать с книги, написанной Симоной Берто. Я просто пишу о том, что прочла недавно, и что занимает меня сегодня, что я лучше помню.